Жизнь

Московский суд запретил раскрывать состав сталинских «троек»

Тверской районный суд Москвы встал на сторону Генпрокуратуры в ее споре с историко-просветительским обществом «Мемориал». Историки пытались получить информацию об 11 советских прокурорах — членах сталинских «троек», которые осуществляли внесудебные репрессии и, в частности, приговаривали граждан к расстрелу в годы Большого террора.

В прокуратуре заявили, что сведения нельзя раскрывать без согласия наследников. Юристы считают, что по такой логике следует закрыть доступ ко всем архивным документам без исключения, пишет «Коммерсант».

В июле 2019 года сотрудники Международного историко-просветительского общества «Мемориал» обратились в Генеральную прокуратуру с просьбой предоставить информацию об 11 прокурорах, участвовавших в работе «троек». Сведения были нужны для исторического справочника с биографиями всех членов «троек». «Мемориал» готовит эту книгу совместно с Российским государственным архивом социально-политической истории, Государственным архивом РФ и Центральным архивом ФСБ. Но через месяц Генпрокуратура отказала историкам. Ведомство сослалось на ст. 7 и ст. 9 закона «О персональных данных», где сказано, что информацию о человеке запрещается раскрывать третьим лицам без его согласия или согласия наследников.

«Аргумент прокуратуры в том, что мы будем распространять сведения, порочащие людей. Но суть истории — фиксировать все поступки, — сказала юрист правозащитного центра «Мемориал» Марина Агальцова.

Неправильно прятать историческую информацию только на основании того, что кто-то считает ее порочащей. Тогда, условно, сторонники Николая II или Александра III будут скрывать их ошибки, а монголы будут стремиться избавиться от архивов, где содержатся свидетельства об иге, считает юрист.

Она добавила, что закон о персональных данных по такой логике можно применить и к «Повести временных лет» — ведь в древнерусской летописи XII века упоминаются конкретные персоналии, а сама она находится в архиве.

В октябре 2019 года «Мемориал» обратился в Генпрокуратуру с повторным запросом. В документе отмечалось, что тот же закон «О персональных данных» позволяет публиковать сведения для осуществления научной деятельности и для достижения общественно значимых целей, поэтому отказ ведомства является незаконным. Более того, сведения об 11 работниках прокуратуры являются архивными, следовательно, указанный закон на них не распространяется в принципе. Однако в декабре Генпрокуратура отказала исследователям второй раз, и организация обратилась в Тверской районный суд.

На заседании историки привели еще два аргумента. «С момента создания запрошенных сведений прошло уже более 75 лет, что позволяет получить доступ даже к документам, содержащим сведения о личной и семейной тайне гражданина, по закону «Об архивном деле». А такая тайна по уровню охраны находится на более высоком уровне, чем персональные данные», — напомнила Марина Агальцова.

Кроме того, в иске «Мемориала» указывалось, что прокуроры — члены «троек» нарушали действовавшие в то время Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы РСФСР. Законодательство строго запрещало «внесудебные расправы», требовало присутствия подсудимого и позволяло обжаловать приговор. Участие в «незаконном внесудебном формировании» является «бесспорным свидетельством преступления против правосудия», говорится в иске, а по ст. 18 закона «О реабилитации жертв репрессий» информация о лицах, совершивших подобное, не может быть закрытой для публики.

Генпрокуратура с такой трактовкой не согласилась. Сам факт вхождения в «тройку» не является преступлением, отмечалось в возражении ведомства. А «объективных данных» о фальсификациях дел со стороны 11 прокуроров историками не приведено — ведь лица не были признаны виновными «в установленном порядке». Требование предоставить такую информацию также нарушает принцип невмешательства в осуществление прокурорского надзора, подчеркивают в ведомстве.

24 июля суд отказал «Мемориалу» в удовлетворении иска. Однако юристы общества планируют обжаловать решение и называют дело «стратегическим». Член правления «Мемориала» Ян Рачинский сказал, что такое решение делает невозможным создание любых энциклопедий и биографических справочников. «Для изучения государства и общества необходимо знать, какие поступки совершали люди и к каким последствиям они приводили», — пояснил историк. Он также добавил, что информация о людях, которые в прошлом занимали государственные должности, не может быть секретной.

Доктор исторических наук, директор Международного центра истории и социологии Второй мировой войны и ее последствий Олег Будницкий назвал иск «Мемориала» «очевидно важным». «Большой террор — величайшая трагедия, а люди, принимавшие участие в репрессиях, — безусловные преступники. Если мы чтим память жертв, то надо знать и палачей, которые спустя годы не понесли даже моральной ответственности. Данные о прокурорах, конечно, нужно обнародовать», — отметил он.

Ранее в суде уже разбирались дела, связанные с получением доступа к архивной информации. Так, Верховный суд РФ в прошлом году удовлетворил иск родственника репрессированного, которому было отказано в доступе к архивным материалам на том основании, что осужденный не был реабилитирован.

Зато в 2016 году Верховный суд РФ отклонил жалобу группы отечественных исследователей на запрет в предоставлении архивной информации об осужденных и впоследствии не реабилитированных сотрудниках НКВД. «Исковое заявление не принято судом к производству, так как суд не усмотрел нарушений прав и свобод заявителей оспариваемым положением», — пояснил сотрудник высшей судебной инстанции страны.

Один из истцов Сергей Прудовский рассказал журналистам, что в ноябре 2015 года исследователи обращались в ФСБ, чтобы им разрешили ознакомиться с архивно-следственными делами таких сотрудников НКВД. Исследователи пояснили, что изучают историю массовых репрессий, проводимых управлением НКВД по Московской области, однако Центральный архив ФСБ отказал им в предоставлении запрашиваемых данных.

По его словам, отказ в ФСБ мотивировали положением о порядке доступа к материалам, хранящимся в государственных архивах. В пункте 5 этого документа сказано, что «на обращения граждан по доступу к материалам уголовных и административных дел с отрицательными заключениями о реабилитации проходящих по ним лиц архивами выдаются справки о результатах пересмотра».

«Данное положение утверждено приказами Минкульта, МВД и ФСБ, — отметил Прудовский. — Однако в 2016 году полномочия по изданию нормативных правовых актов, определяющих порядок использования архивных документов в государственных и муниципальных архивах, переданы в Росархив, поэтому он, а не Минкультуры, должны отвечать по данному спору».

В середине августа 2016 года исследователи обжаловали отказ ФСБ в ВС РФ, но безуспешно.

Источник

0

Показать больше

Соответствующие статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

7 + 7 =


Яндекс.Метрика
Close